For Motherland! For Mengsk!

Так сложилось, что аккурат в 33-ю годовщину оставления нас гражданкой Алисой Розенбаум, более известной как Айн Рэнд, ознакомился с первой главой т. н. бестселлера "Атлант расправил плечи". Почему только с первой? Потому что после прочтения её я заглянул в конец моего личного частного пэйпербэка (где-то скоммунизженного, кстати, и представляющего собой весьма солидный кирпич на 1100+ страниц весьма плотным и мелким шрифтом). Там оказалось не что-нибудь, а приложение от какого-то там более раннего пиндосского издателя, которое составляло выдержки из личного дневника пейсательницы, некоторые из которых вот:

Творцу подобает обладать безграничной верой в себя и свои возможности, не сомневаться в том, что он способен извлечь из лиры любые звуки, достичь поставленных целей, а делать это или не делать - зависит только от него. Творец, будучи рациональным человеком, осознаёт это. Однако вот что он должен иметь в виду: действительно, добиться можно всего, чего пожелаешь, если действуешь в согласии с природой, Вселенной, нормами морали, то есть не навязываешь свою волю остальным и не пытаешься посягать на власть над природой, что в первую очередь является насилием над остальными или приводит к ограничению их свободы. (Такое желание или попытка будет аморальным выбором, противоречащим естеству творца.) Решившись на это, он перестаёт быть творцом и переходит в стан коллективистов и прихлебателей.

Такая вот "философия" оказывается привлекательна для многих мелкобуржуазных мещан, расплодившихся вскоре после вступления человечества в период ультраимпериализма на почве сверхэксплуатации пролетариата на периферии мировой кап.системы и перераспределения извлечённой из него прибавочной ценности в пользу тех мещан в форме потребительского кредита и прочей имперской ренты. Не в последюю очередь она привлекательна тем, что отлично способствует, так сказать, душевному комфорту указанной категории граждан. Ведь по сути она есть не что иное, как универсальное оправдание "творцом" любого своего личного частного фэйла при столкновении с невидимой рукой рынка, а именно: "На насилие я пойтить не могу! Ведь все те, кто насильничают, суть злобные и нехорошие коллективисты!!! Даже когда они откровенно вставляют мне, творцу, палки в колёса, противляться им насилием не буду, иначе перестану быть творцом. А так - останусь, даже если из-за них, негодяев, так ничего и не сотворю..." Такое, короче, толстовсвтво, отягощённое ханжеством и лицемерием, но в целом безобидное. Эльфизм.

Очевидно, что для настоящих акул империализма такой образ мысли не годится совершенно. Ибо где бы они были без насилия-то? Да и вообще он, данный образ мыслей, не мог бы существовать, если бы бытие этих самых мещан не заключалось в проживании в буржуазном обществе с его буржуазным государством, религией права и опорой на институционализированное "легетимное" насилие в виде дубинки полицая, незаметно для "творцов" предотвращающей большую часть всевозможных вторжений в "творческую" жизнедеятельность их организмов со стороны организмов особо отчаявшихся "коллективистов". Таким образом "творчество" Розенбаум акулам империализма выгодно косвенно - как проповедь конформизма для мелкобуржуев.

Короче, Волк Ларсен плюёт на Айн Рэнд, всех прочих "творцов", а также их насквозь условную мораль. Откуда же гражданка Розенбаум взяла, что насилие не находится "в согласии с природой" ясно из следующего:

Философские концепции интересуют меня только как способ обнаружения необходимых знаний, которые я использую для достижения своей жизненной цели; а целью моей жизни является создание такой Вселенной, которая понравится мне самой и будет представлением о совершенстве человеческого сообщества.

Вот поэтому, я думаю, идея написания философского труда и показалась мне скучной. В такой книге я должна была бы доказывать, обосновывать читателям свои принципы. В романе же я, напротив, ставлю цель создать желанный для меня мир и жить в нём в процессе его создания; дополнительным результатом моей работы является открытость этого мира для каждого, но лишь в той степени, в какой человек готов принять мою философию.

Вот, собственно и всё. Оказывается, за "творчество" гражданка Розенбаум и, соответственно её поклонники, принимают графоманию, фантазёрство на пустом месте и прочее словоблудие. Ясно, что ничем, кроме инфантилизма, это не является. Поэтому при встрече с адептом подобного либертарианства следует говорить: "Чувак, sorry to break it for ye, но тема, которую ты тут толкаешь, есть всего лишь фантазия, выдуманная Айн Рэнд, и к реальному миру никакого отношения не имеющия."

Короче, Аллах плюёт на Айн Рэнд, выдумав которую, он сотворил и в реале, ЧСХ, в отличие от её "творений" ею.

Очевидно, что после всего вышеизложенного тратить время на прочтение остальных 98% кирпича совершенно бессмысленно. Что касается первой же главы, то из неё следует, что даже как графоманка Айн Рэнд сосала. Персонажей она выводила неуклюже и карикатурно. Пейзажи и прочий антураж формальны и не несут никакой ни смысловой, ни эмоциональной нагрузки, а текста занимают до четверти. И т. д.


З. Ы. Отдельный привет, конечно же, надмозгам. Ибо оказалось, что на замечательном языке уёбищного оригинала Атлант плечи-то вовсе не расправлял, а ровно наоборот - пожимал ими.

З. З. Ы. Вот уже думал какую я конгениальную разгромную рецензею настрочил, и, главное, придумал острый заголовок, да полез в тырнэт, а там-там-там, та-да-да-дам там там...